Витамины, спортивное питание, косметика, травы, продукты

Недовольство и негодующая враждебность

Выражение недовольства является одной из излюбленных стратегий эго, используемых им для самоусиления. Каждый случай выражения недовольства — это маленькая выдуманная история, не вызывающая у тебя ни малейшего сомнения в своей достоверности. Выражаешь ли ты его вслух или про себя — нет никакой разницы. Некоторые эго, не имеющие большого выбора для отождествления, легко выживают на одном лишь выражении недовольства. Если ты зажат в тисках подобного эго, то это — привычка, разумеется, бессознательная, означающая, что ты просто не ведаешь, что творишь. Личностное очное, а чаще мысленное навешивание негативных ментальных ярлыков на людей или распускание слухов у них за спиной нередко оказывается составляющей такого стереотипа поведения. Брань является самой грубой формой такого навешивания, исходящей из потребности эго быть правым и желания испытать торжество победы над другими: «ничтожество, сволочь, стерва» — это окончательный приговор. Еще ступенькой ниже по шкале неосознанности ты пронзительно кричишь и вопишь, а еще немногим ниже — прибегаешь к физическому насилию.

Негодующая враждебность — эмоция, сопутствующая выражению недовольства и навешиванию ментальных ярлыков, — лишь добавляет эго энергии. Чувствовать враждебность означает чувствовать горечь, негодование, удрученность, чувствовать себя оскорбленным. Ты обижаешься на других за их жадность, нечестность, нецелостность, за то, что они делают сейчас или делали в прошлом, за то, что они сказали, за то, что им не удалось, за то, что им следовало или не следовало делать. Эго такое по вкусу. Вместо того чтобы игнорировать неосознанность других, ты превращаешь ее проявления в их личные качества. Кто это делает? Неосознанность в тебе — эго. Иногда бывает, что «недостатка», замеченного тобой в другом человеке, вообще не было. Была совершенно неверная интерпретация, проекция ума, обусловленного видеть врагов и делать себя правым или лучшим. Время от времени какой-то недостаток действительно может иметь место, но если ты на нем фокусируешься, порой, не замечая ничего остального, то только усиливаешь его. И усиливаешь в себе то, на что реагируешь в другом человеке.

Нереагирование на проявления эго окружающих — это не только самый действенный способ для выхода за пределы собственного эго, но вместе с тем и самый эффективный способ растворения коллективного человеческого эго. Однако ты можешь быть в состоянии нереагирования только тогда, когда способен распознать чье-то поведение как исходящее из эго, как проявление коллективного функционального расстройства. Когда ты осознаешь, что оно не носит личного характера, то причина, вынуждающая тебя реагировать как прежде, исчезает. Не реагируя на эго, ты сможешь излучать на окружающих здравый смысл, делая необусловленное сознание противовесом обусловленному. Временами тебе, возможно, придется принимать меры самозащиты от неосознанных людей. Ты сможешь делать это, не превращая их во врагов. Твоя самая надежная защита — осознанность. Любой станет врагом, если ты персонифицируешь неосознанность, то есть эго. Нереагирование — это не слабость, но сила. То же можно выразить другим словом — прощение. Прощать означает не обращать внимания, вернее, смотреть сквозь эго. Ты смотришь сквозь эго на разумность, имеющуюся в каждом человеке и являющуюся его сутью.

Эго любит выражать недовольство и проявлять враждебность не только по отношению к людям, но и к ситуациям. С ситуацией ты можешь поступить так же, как и с человеком: сделать ее своим врагом. Подтекст всегда таков: этого не должно было случиться; я не хочу здесь находиться; я не хочу этого делать; со мной обошлись несправедливо. И самый большой враг эго из всех возможных — это, конечно же, настоящий момент, то есть сама жизнь.

Сказать кому-либо о его ошибке или недочете, которые можно исправить, — не значит выразить недовольство. Удержаться от выражения недовольства не означает примириться с чьей-то скверной чертой или поведением. В том, чтобы сказать официанту, что суп остыл и его надо разогреть, нет никакого эго — если ты придерживаешься факта, а факт всегда нейтрален. «Как вы посмели подать мне холодный суп…» — это выражение недовольства. Там есть «я», которому нравится чувствовать личную обиду из-за остывшего супа и раздувать ее до предела, то самое «я», которое получает удовольствие от того, что делает кого-то неправым. Выражение недовольства, о котором мы говорим, работает на эго, а не на перемены. Иногда становится очевидным, что на самом деле эго не хочет перемен, поэтому и продолжает выражать недовольство.

Попытайся уловить этот голос у себя в голове в тот момент, когда он на что-либо жалуется или выражает недовольство, и признать его тем, чем он является: голосом эго, не более чем обусловленным ментальным стереотипом поведения, мыслью. Когда ты замечаешь этот голос, ты также осознаешь, что ты — не голос, но тот, кто его осознает. На самом деле ты есть осознанность, осознающая этот голос. На заднем плане — осознанность. На переднем — голос, мыслитель. Так ты освобождаешься от эго, от ненаблюдаемого ума. В тот момент, когда ты начинаешь осознавать в себе эго, это, строго говоря, уже больше не эго, а лишь старая, обусловленная модель поведения. Эго включает в себя неосознанность. Осознанность и эго не могут сосуществовать. Тем не менее, прежний ментальный стереотип поведения или привычка могут сохраняться и иногда появляться снова, потому что за ними стоит сила инерции тысячелетней коллективной человеческой неосознанности, но всякий раз, будучи распознанными, они ослабевают.